7.
Чиаурели — основоположник фальсификации образа Сталина в советском кино. Делясь «творческим опытом», он писал:
«Моими кураторами в искусстве и в жизни были товарищи Иосиф Виссарионович Сталин и Лаврентий Павлович Берия. Они внимательно следили за моим творческим созреванием. В одной из бесед с товарищем Сталиным я сказал, что мечтаю осуществить постановку художественного эпического фильма «Клятва», которой Иосиф Виссарионович присягнул народу и партии на Втором Всесоюзном съезде Советов. Товарищ Сталин спросил: «А такая картина нужна людям?» Меня опередил товарищ Л. П. Берия: «Ваш образ, Иосиф Виссарионович, настолько велик, что народы нашей страны будут счастливы увидеть вас хотя бы на экране».
Лживый, высосанный из пальца сценарий писали Петр Павленко и Чиаурели. В 1947 году «Клятва» появилась на экранах и в том же году Чиаурели, как патентованный лауреат, снова получил Сталинскую премию.
— На этот раз, — продолжает «исповедоваться» Чиаурели, — мы встретились с товарищем Сталиным в Крыму. На беседе присутствовали товарищи Берия, Молотов, Каганович, Маленков, Микоян; министр кинематографии Большаков; писатели Фадеев и Павленко. Товарищ Сталин сказал, что у нас еще мало фильмов о подвигах русского солдата, о Великой Отечественной войне. «Вот вам и название, — сказал он попыхивая трубкой, — «Падение Берлина». На этот титанический труд мы потратили четыре года, сняли более 25 тысяч метров полезной пленки. В картину вошла четвертая часть — 4582 метра, нам пришлось разделить ее на две серии. Мы счастливы, что фильм был тепло принят в СССР и демократических странах.
В центре «Падения Берлина» нет героя — русского солдата, а есть — Сталин. Он единственный определяет драматургическую концепцию ленты. В сценах, где нет Сталина, — начинается игровой кинематограф.
Вот один из эпизодов фильма:
— О какой свадьбе вы говорите, фюрер, — спрашивает Гитлера секретарша. — Русские в тысяче метров от нас. Бои идут в метро.
— Пустите в метро воды Шпрее, затопите метро.
— Фюрер, там наши раненые. Их тысячи.
— Это не имеет значения. Сейчас ничто не имеет значения, кроме моей жизни.
Мы видим потоки бушующей воды, тонущих немецких солдат.
Дмитрий Шостакович был вынужден написать музыку для этого фильма. Чиаурели прямо заявил Маленкову: «Не будет музыки Шостаковича, не будет картины «Падение Берлина». Что пообещали композитору, мы не знаем, но музыку он написал, в какой-то степени переработав «Ленинградскую» симфонию.
И снова Чиаурели лауреат Сталинской премии, и снова он повесил на грудь очередной незаслуженный орден.
Свободное копирование
