Позже Королев стал мне звонить, спрашивать мнение об отдельных специалистах, привлекаемых к работам, а также интересоваться состоянием разработки отдельных приборов и материалов. Мы быстро перешли на «ты», подружились.
– А кто у вас главный Архимед в области защиты от радиоактивного излучения?
Я назвал. И спросил его:
– А почему это тебя так стали интересовать средства защиты от радиации? Мне думается, то, что мы используем при строительстве атомных реакторов, для ваших кораблей не годится. Защита будет иметь слишком большой вес.
– Да мне эти сведения нужны не для защиты кораблей, а для защиты будущих обитателей Луны, а может быть, Марса. Все-таки там мы высаживаться будем, и необходимо подумать о безопасности космонавтов. По всей видимости, надо будет заготовить специальные детали убежища. Отправить их на место высадки, а там собрать. Меня и интересуют методы расчёта защиты, а также перечень возможных к использованию для этих целей материалов.
– Ты, видимо, скоро собираешься в космос с высадкой, если уже готовишься к строительству убежища? – спросил я.
– Вопрос о высадке ещё не созрел, но готовиться надо… Остаётся уйма нерешённых проблем. В частности, не знаю, какую удельную нагрузку следует принять для лунного грунта. До сего времени никак не могу получить от наших «лунатиков» самых необходимых сведений. Что там за почва? Плотный, твёрдый грунт или же он состоит из пыли и напоминает пепел сигары? Ну, как рассчитывать и проектировать конструкцию тех деталей аппарата, которыми он опустится на лунную поверхность? Если принять слишком высокую плотность грунта, а там окажется пепел – корабль утонет в нем, и все, кто будет находиться в корабле, неминуемо погибнут.
– А ты исходи из самого худшего, – сказал я.
– Конечно, но надо знать и это худшее. Это первое. И второе – такое допущение сильно усложнит конструкцию. Все значительно усложнится, – задумчиво произнёс Королев. – Вот и приходится при двух возможных вариантах искать третий – реальный и вместе с тем оптимальный. И у вас, вероятно, немало нерешённых задач – разница лишь в том, что вы решаете их на земле и для земных условий, а мы тоже на земле, но для неизвестной пока среды. Что же делать – надо искать эти решения.
Я хочу напомнить, что разговор этот происходит тогда, когда о высадке людей на Луну никто ещё, кроме авторов фантастических романов, реально не думал. Королев же глубоко и конкретно оценивал перспективы замышляемых им проектов, вынашивал свои планы и готовился к их осуществлению. В его словах всегда звучали интонации серьёзно изучающего вопрос делового человека.
В конце августа 1957 года, когда я собирался ехать в Вену на ежегодную конференцию Международного атомного агентства, Королев предложил мне встретиться.
– Ты, вероятно, будешь на заседании в Кремле. – И он назвал день, когда оно должно было состояться.
– Да. Будут рассматривать и наши вопросы.
– Ну, вот тогда и поговорим.
…В приёмной было много народу. Королев был уже там.
– Выйдем в коридор, – предложил он. – Очень скоро мы запустим спутник Земли, – начал Королев. – Точную дату пока назвать не могу. Но ты уезжаешь, и тебя это событие застанет там, за рубежом. Поэтому тебе надо об этом кое-что знать. Вот я и хочу тебя предупредить, а то сообщение застанет тебя врасплох. Думаю, все пройдёт хорошо. У меня все проверено, и никаких сомнений нет. – Сергей Павлович плотно сжал губы.
Свободное копирование
