Кирххорст, 10 декабря 1944
Зашел в церковь, потом постоял у могилы двух американцев, единственным украшением которой, не считая нескольких цветов, были их каски.
Меланхолия. Потребность в метафизике потому сегодня примечательна, что воспитание изначально нацелено на то, чтобы ее уничтожить, истребить ее лучшие всходы. Возможно, однако, что ей открываются совсем новые, неизвестные аспекты, как человеку, который взял высоту, поднявшись по отвесной стене, доселе считавшейся неприступной. Прилепить себя к скале нужно собственной кровью.
Аррас. Говорил ли кто-нибудь о том, что здесь родились двое цареубийц, а именно Дамьен и Робеспьер? Вполне возможно. В компенсацию там были подписаны два мирных договора.
Когда Аррас перешел к австрийцам, над одной из арок они прикрепили изречение:
Quand les Français prendront Arras,
Les souris mangeront les chats.
Когда тем не менее французы захватили город, они отбили от надписи только букву «р».[1]
Вот пример того, как реплика действует лаконичней и в то же время остроумней, чем высокомерный вызов. Это я и нынче заметил во Франции, на примере пропаганды. На огромных плакатах изображен французский рабочий в Германии: он стоит у машины, выказывая все признаки удовольствия. В противовес этому ночная контрпропаганда ограничилась меловым кругом, пририсованным к этой фигуре в виде кольца в носу.
Свободное копирование
