1943 - 73

25 ноября.

    Немецкое наступление продолжается. Цель ясная - Киев. Мы отдали Житомир, Коростышев, Брусилов. Бои идут в 60 км. от Киева. Жестокие. Позавчера немцы бросили в бой одновременно 800 танков. Все хозяйство Черняховского из-за этого вынуждено было прекратить наступление на Полесье, повернуться фронтом параллельно шоссе Киев-Житомир и драться. Кроме того, туда бессчетно идет техника с востока и люди.

    Киевляне уже начали тревожиться. Вчера мы приехали в город. Все спрашивают:

    - Ну как? Не придется? (и не договаривают). Неужели опять?

22 ноября выдался отличный день, а то все - непогода. Авиация наша неистовствовала. А ночью немцы налетели на переправы и долбали их. А затем опять - мерзейшая погода.

    Сейчас проснулся - все бело, зима. Надолго ли?

    Вчера наш старик (в деревне) Федот Гаврилович простудился, кашляет. Любопытно отношение остальных. Жена его, Софья Самойловна, меланхолически говорит (спокойно так):

    - Наверное, помрет старый.

    Я говорю:

    - Да что вы! Это же просто простуда.

    - Нет, помрет. Ну, может, до весны дотянет.

    Днем соседям принесли письмо с фронта. Путанное, малограмотное. Там они вычитали, что их сын Павел убит (написано же было - ранен). Старуха два или три раза сказала обыкновенным голосом: «О, Господи!» и ни на минуту не прекратила возни с горшками.

22 ноября был у Героя Советского Союза генерал-майора Лакеева. Он командует истребительной дивизией (Ла-5). Когда-то был ведущим знаменитой пятерки на всех тушинских «днях авиации». Был участником испанской, финской, халхинголской войн. Вся грудь - в отметках. Маленький, живой.

    - Сколько дивизия сбила?

    - Было 613. Да в эти дни штуки четыре.

    - Сколько у лучшего летуна?

    - 22

    - А у тебя?

    - За эту войну 1, да 2 в группе.

    - А за все войны?

    - 16. Да разве дело в сбитых? Наше дело - не пущать к своим, защищать их. А сбивать - это раз плюнуть.

    Жаловался, что забыли его.

    Киевская хозяйка рассказывает: был знаменитый гинеколог Кособуцкий. При нас имел всё, вплоть до машины. Но ждал немцев. Они дали кафедру. Уехал с ними, с барахлом. Сейчас знакомая получила его записку: сидит в концлагере, где жена и вещи - не знает. В Киеве - все рады этому.