Июнь.
«Известия», 14 июня 1931 г.
ХРОНИКА
Совнаркомом СССР принято решение о постройке дворца Советов, в котором должны происходить съезды советов, партии, профсоюзов и др., а также массовые рабочие собрания. Местом постройки избрана площадь храма Христа Спасителя. К подготовительным работам уже приступлено.
Известие само по себе столь дикое, что по Москве не верят и говорят, что здание будет воздвигнуто напротив Храма Христа Спасителя, для чего снесут ц. Похвалы Богородицы и весь прилегающий квартал, а между новым зданием и уже построенным Домом Правительства, с той стороны реки, протянут висячий мост!
Но несомненно имеется в виду озорный выпад «против религии», заодно против «истории» и т. д. Снос будет стоить огромных затрат, и дорогой материал будет, разумеется, роскошен (собираются «подрывать», — успехи техники).
Говорят, предлагались другие места, но Сталину понадобилось именно это, с «идейным» разрушением.
* * *
Передают, что повесилась жена академика Лазарева. Объявление о смерти печатать запретили. Лазарев был, казалось, вполне застрахован от преследований. И эта persona gratissima («Курская аномалия», поездки за границу, свой автомобиль, наука на службе социализму и т. д., и т. д.) сидит в строжайшей изоляции. Причина — дружба с французским послом Эрбеттом, товарищем по Сорбонне (Лазарев учился во Франции). Жену он не баловал, и многие склонны думать, что ее самоубийство — плод психологических терзаний от допросов и т. п.
* * *
В ЦЕКУБУ часть домов отдыха выделена для «уважаемых» ученых — профессоров и т. д. Аспиранты же и т. п. пользуются санаториями попроще через Секцию Научных работников.
Открываемый с осени клуб ЦЕКУБУ, по слухам, тоже будет доступен лишь научным работникам, начиная с доцента и выше, а аспирантов и т. п. пускать не будут.
* * *
Из практики педагогической.
В одном техникуме готовили химиков к определенному производству. За месяц до окончания курса — распоряжение: «переключить на мыловарение». Где-то решили, что мы можем выгодно вывозить за границу огромные партии мыла (это при полном его отсутствии у себя-то!). Пришлось искать мыловаров, заключать с ними «колдоговоры», — на это ушло время, и теперь пытаются наладить неизвестно для чего сломанную работу. И так во всем!
* * *
Во главе комиссии по сносу Храма Христа Спасителя стал, по слухам, сам Сталин, и уже приглашены художники (увы, Щусев и мн. другие, прежде строившие храмы, и недурные!) для разбора, как использовать статуи, предназначенные, между прочим, в «антиквариат», т. е. на продажу за границу. Едва ли это даст много, ибо художественная ценность этих произведений самих по себе не велика, они имели смысл лишь в ансамбле постройки.
* * *
Из деревни вести все ужаснее. Из Рязанской губ. сообщают, что там вгоняние в колхоз идет вовсю и мерами самыми крутыми. Сопротивляющихся хватают по ордеру. Обычно берут мужика, семью оставляют якобы, но потом как-нибудь ночью исчезает и семья. Появился новый, жуткий для крестьянина термин: «Пески». На «Пески», т. е. в голые степи Казахстана, насильственно переселяют целые деревни, притом вразбивку, — да, это тебе не царский режим!
Дома в деревне обычно захватывают, а теперь усиленно проводится тенденция сноса деревень. Крестьяне отказываются разорять избы соседей. Тогда пригоняют мальчишек (по-видимому, отряды комсомольцев), которые радостно разрушают по бревнам мужицкое жилье.
И другое: в 1917 г. мужиков подзадоривали разорять барские имения. Теперь местами их же заставляют работать над полным восстановлением барских скотных дворов, риг и т. п., и все это отдается колхозникам.
«Вся земля крестьянам», — говорили в 1917–1918 году! Какая издевка получилась!
* * *
Вся работа в колхозах (сведения из Рязани) идет бесплатно. Из урожая выдают по 20 фунтов в месяц муки на человека, соответственно другое, а все остальное «в козну», т. е. на г.г. рабочих, на «мировую революцию» и на «индустриализацию».
* * *
И еще новый термин: из Бахчисарая на «Пески» привезены многочисленные семьи «раскулаченных бедняков».
Свободное копирование
