13 мая 1986
Вторник. Поезд «Белоруссия».
Я еду в Минск на озвучивание к Полоке. И за долей радиации.
Переписываю «Сказ».
Говорил с Денисом, он хочет бросить училище, среднее образование получить в обычной школе, выиграть какой-то год… Ругались. Про какой-то маленький заработок он говорит. На музкомедию он категорически не желает, абсолютно уверен, что поступит в Щуку и пр. Говорить трудно с ним, не умею… И наглость его меня сражает. Какое-то остервенение, мне страшно. А ведь еще не оформившееся, армия хорошая хороша бы была…
14 мая 1986
Минск Г-ца «Беларусьфильм» № 7.
Сейчас все помыслы связаны с будущим спектаклем. Что мне нужно сделать с собой, чтобы кровь брызнула со сцены. Я дал обещание на предыдущей странице посвятить Альцеста жене моей несчастной Тамаре Владимировне, и репетиция была удачной. Я подал заявление, после разговора с Эфросом забрал, заявление порвал, и репетиция была хорошей. Что же… мне каждый день делать какие-нибудь заявления?! Ко дню рождения надо подготовиться Альцестом и главою «Сказ об Иванушке-Ванюшке».
«На дне» — не раскупаются билеты!! Вот это да! Дожила Таганка, в зале пустые места, ведь это же ЧП, ведь это же надо выпускать МОЛНИЮ, трезвонить в колокола. На «Войну…» народ идет неохотно… И только старые спектакли все еще… это же подумать только… все еще пользуются спросом и успехом…
Сон про фей мало меня устраивает, это ведь вообще сердцевина, графит чернобыльский во всей задуманной вещи. Этот сон должен дать цепную реакцию в мозгу читателя, должна заработать система шестого чувства, в мозгу должны вспыхнуть мильоны собственных мыслей, звездочек далекой, пращурной памяти… человек должен задуматься — почему у меня такие глаза, руки… голос… уши… от кого передана мне моя судьба нынешняя… что-то в этом роде.
Свободное копирование
