участники 467
 
событий 62820
Регистрация Забыли пароль?
Мемуарист » Участники » Nina1918 » События Nina1918 » Великая Отечественная Война (часть 5-я)

Великая Отечественная Война (часть 5-я)

15.03.1944 – 18.10.1944
Рига, Рижская, Латвия

Я уперлась головой в стену машины, ногами в мягкие кресла, стоящие на столе в моих ногах. Забы стиснула, вся напряглась в ожидании, что разобьемся. Но, на удивление, проехали. Часть свою догнали, я была лежачая больная.

Была у нас вольнонаемная повариха Ира. Оан сталась получше меня накормить.

Раздражена я была до предела: не нравится чье-то поведение – меня начинает трясти (подбрасывало). Очень хотелось поехать домой (в Томск), хотя бы на денек, посидеть за столом со своими родными.

Поезда были загружены перевозкой раненых, доставкой пополнения на фронт. Ехали в угле, на крышах вагонов. И на это я была согласна, лишь бы съездить – болезненное желание. Начальник только обещал отпустить, оттягивал время. Понимал, что я не состоянии ехать. Отпустил нас вместе с Витей в Москву. Побыли мы очень мало. Успели только раз сходить в театр, послушали оперку «Тоска”. Телеграммой нас вызывают в часть. Начальник нас отпустил самовольно, а начальство из штаба фронта предлагает Киселеву В.П. поехать в Самарканд на учебу. Мы немедленно выехали, еще не зная, зачем.

Сколько возможно, ехали поездом. В прифронтовой полосе надо было добираться машинами. В Прибалтике местность болотистая, настилы на дороге в одну колею, кое-где – в две, чтобы можно было разъехаться встречным машиным. Потому передвижение было очень медленное. К тому же шофера не оставанавливали машины для попутчиков, так как были случаи, что на вид надежные люлди, в нашей форме, а совершали теракты.

А ехать надо. Тогда я легла поперек дороги. Объезда не было, а шофер вынужден был остановиться, мы добрались до части. В.П. явился к высшему начальству, на предложение поехать в Самарканд дал отказ.

Часть останавливалась в Эстонии – г. Вырез, в Латвии – г. Стренчи, Валга, Цесис. Полловина Валги принаджежала Латвии, половина – Эстонии. Затем – Ромажи (Латвия). А отсюда выезжали по воинским частям.

Часть стояла вближи г. Выру, жилив доме помещика в лесу. Меня направили в город Выру. Шла лесом одна. Опасно. Добралась до города. Началась стрельба, разрывы снарядов, город моментально опустел. Все попряталсиь  по  домам. Ну, думаю, конец, я одна. Противник нчал артподготовку, пойдет в наступление. К счастью, это горел склад со снарядами.

Из Ропажи меня, В.П. и Куконего Александра Александровича направили в Ригу. Половина города была освобождена нашими войсками, а во второй половине, за Западной Двиной велись бои. Мы должны были быть там – мост был искорежен, от берега до него надо было добираться на самодельном плотике, метров 15-20. За два конца его привязаны веревки, по ним тянули его то к берегу, то к мосту. Вставало на него всего два человека. Потому была очередь. Да и мост был искорежен, с перерывами. И мужчины отправили меня обратно.

В Риге у нас тоже была квартира для временной работы. В Тарту (Эстония) – выезжали (стр. 19 – новая тетрадь). При приезде на первом пути шли по тротуару. Из раскрытых окон домов развевались шторы, видна прекрасная обстановка. Никто не подходил, т.к. написано: дороги и тротуары заминированы. На обратном пути шли – это место уже было разбомблено.

Перед Латвией наша часть остановилась на станции Дно Псковской области. Однажды приехали артисты в концертом, духовой оркестр. Мы соблазнились и пошли: я, Лидия, Поля Вассерман, Моисей Наумович Немкин, еще 2-3 мужчин. Витя был в командировке в г. Старая Русса.

Мы знали, что  в 10 вечера ежедневно налетают самолеты и бомбят станцию. Шли только на концерт. А как заиграл духовой оркестр, не выдержали и пошли с Лидой потанцевать первый вальс, хотя бы полкруга. Прошли ли полкруга, бомбежка началась. Клуб – большое дощатое помещение, под железной крышей, без потолка. Самолеты скидывали свечи, все освещалось. Осколки гремели по крыше. Прятались кто как мог: я, как всегда, прятала голову под скамейку. Как только самолеты отлетят для разворота, мы вырывались. Но двери большие, как у гаражей, нам не открывали, так как все освещено, опасно.

Все-таки выпустили. Самолеты над нами, мы – прятаться в привокзальные дома, они закрыты, жильцы, зная каждодневные налета, уходят на ночь за город, в землянки. Мы все забились в туалет.

Во время бега по кирпичным развалинами я подвернула ногу. Но до дома все же добежали. Сапог я не могла ни снять, ни надеть без помощи мужа. Он сердился: «Бомбежки боишься, а как на танцы, так пошла».

Когда прибежали домой, оставшиеся дома мудчины нас уже встречали у ворот, беспокоились за нас, особенно Райзман Израиль Соломонович (доцент Винницского мединститута).

В санэпидотряде была Базовая лаборатория и два подвижных отделения.  Базовая лаборатория, как правило, размещалась в 20 км. от передовой линии. Подвижные отделения выезжали в медсанбаты, 5 км от линии фронта. Нам в помощь направляли эпидемиологов, те расходились по полкам и ротам. Сопровождало действующие войска наше отделение, начальник – В.П.Киселев, врач бактериолог – Н.В.Киселева. Во втором отделении влачи были в два раза старше нас. Их посылали редко, да и мы были рады, чтобы нас не разлучали. При необходимости и лабораторные работники выезжали на передовую линию. В Прибалтике меня направили в Танковую бригаду. Для безопасности и помощи (сухой паек давали на все дни командировки) мне дали Михаила Пуговкина, не известного нам артиста (однофамильца), но тоже комика.

Была весна. На дорогах снег растаял, по обочинам сугробы осели. На дороге мины разложены в шахматном порядке. Шли по обочине. Нога провалится в сугроб, увязнет в глине. Пока ее достаешь, другая провалится, увязнет... Выйдем на дорогу – мина. Ее обойдешь – снова мина. И так шли загзагом, рискуя подорваться. Но Пуговкин не давал паниковать – всю дорогу смешил. В бригаде меня сопровождала их медработник, Надя. На третью ночь нам пришлось ночевать в штабной землянке. Дежурный врач сидел у телефона, вдруг звонок – 20 танков пошли в наступление. А это всегод 1-2 километра. Началась суета, беготня. Слышу команду – отбить атаку и т.д. Меня начало трясти от ожидаемой опасности. Командир успокаивал, что в случае опасности меня отправят с передовой. А кто и как будет отправлять? Если атаку не остановят, от танков не убежишь. Дорога глинистая, грязная. Раненых вывозят на волокущих. Перенесенный ранее сыпной тиф и и бомбежка повлияли на мое здоровье.

Поэтесса Ольга Берггольц пишет:

Кто говорит, что
На войне не страшно, 
Тот ничего не знает о войне...

Перед этой тревожной нчью я побывала в ротах этой бригады. За то, что я их  размаскировываю, получала замечание. Я на опушке хожу, а по другую сторону поляны на опушке – противники (очень близко).

Другой случай. Меня и Куконего Александра Александровича направили в Артиллейриский полк. Он пошел на самую передовую линию в траншеи, 40 метров от траншей противника, меня оставил около артиллерийских орудий, здесь проводить работу. И началость наступление. А мы работу еще не начали.

Я с артиллеристом рядом, держусь за пулемет, он как выстрелит - пулемет ходуном ходит, меня отталкивает, чтобы не мешалась под ногами пулеметчика, тот отправил меня на повозку в медсанбат.

Атака была отбита.

Опубликовано 18.03.2016 в 10:14

© 2011-2017, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
События
Мы в соцсетях: